Вы здесь: Home Аналитика В сполохах севастопольского салюта вставала заря Победы
 
 

В сполохах севастопольского салюта вставала заря Победы

E-mail Печать
Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Крымская операция была важнейшей составляющей в цепи десяти сталинских ударов

В этом году всенародный праздник – День Победы – окрашен в крымские тона. Ровно за год до того, как Юрий Левитан торжественно зачитал приказ Верховного Главнокомандующего И.В. Сталина № 369: «Великая Отечественная война, которую вел советский народ против немецко-фашистских захватчиков, победоносно завершена. Фашистская Германия полностью разгромлена!», – 9 мая 1944 г. штурмом был взят Севастополь.

 

Свершилось возмездие оккупантам, более двух лет свирепствовавшим на полуострове, а в их лице – всем от века иноземным захватчикам крымской земли. Весной 1944-го в одном строю с бойцами Красной армии, освобождавшими Крым, шли, образно говоря, адмирал Нахимов и матрос Кошка, пятёрка бойцов во главе с политруком Фильченковым, в ноябре 1941 года ценой жизни преградивших путь немецким танкам к Севастополю, и герои Аджимушкая 1942 года.

Предпосылки к успешному освобождению крымской земли были созданы еще осенью 1943 г., когда в результате двух операций – Мелитопольской и Керченско-Эльтигенской десантной – советские войска прорвали укрепления Турецкого вала на Перекопском перешейке и захватили плацдармы на южном берегу Сиваша и на Керченском полуострове. После этого Крым, по существу, превратился для немцев в «крысоловку». Немецкий историк Пауль Карелл приводит такой эпизод: советский офицер, допрашивавший взятого в плен немецкого офицера из 111-й дивизии, с иронией сказал ему: «Мы не спешили со взятием Крыма. В конце концов, это был огромный лагерь военнопленных. Вы находились на полуострове фактически в нашем плену с ноября 43-го. К тому же сами себя снабжали, сторожили, ездили в отпуска и даже добровольно возвращались обратно  (в плен)».

Гитлер приказал командовавшему армией генерал-полковнику Э. Йенеке«защищать Крым до последней капли крови». На настойчивые просьбы Йенеке разрешить заблаговременную эвакуацию, чтобы после блокирования полуострова он не стал для 17-й немецкой армии кладбищем, фюрер заявил, что Крым – это ключ для русских к источникам румынской нефти, из которых вермахт снабжался горючим, и потому приказал держаться до конца.

В этих условиях рассчитывать на лёгкую победу Красной армии не приходилось. Замысел Крымской наступательной операции (8 апреля – 12 мая 1944 г.) состоял в том, чтобы силами войск 4-го Украинского фронта (командующий генерал армии Ф.И. Толбухин) с севера полуострова – от Перекопа и Сиваша и Отдельной Приморской армии (генерал армии А.И. Еременко, с 15 апреля – генерал-лейтенант К.С. Мельник) – с востока от Керченского полуострова нанести одновременный удар по сходящимся направлениям на Симферополь и Севастополь с тем, чтобы рассечь группировку противника и уничтожить её, не допустив эвакуации из Крыма. Действия сухопутных войск поддерживали силы Черноморского флота (адмирал Ф.С. Октябрьский) и Азовской военной флотилии (контр-адмирал С.Г. Горшков). Серьёзным фактором были партизанские силы численностью около 4 тыс. человек.

Наступление главных сил 4-го Украинского фронта непосредственно на Севастополь началось 7 мая. Ключом вражеской обороны являлась Сапун-гора, это и предопределило выбор главного направления: Сапун-гора – Карань (ныне село Флотское). Здесь немецкую оборону штурмовали части Приморской армии, восточнее Инкермана и Федюхиных высот наступали части 51-й армии генерал-лейтенанта Я.Г. Крейзера.

Войска главной ударной группировки на 9-километровом участке прорвали вражескую оборону и в ходе ожесточенных боев овладели Сапун-горой. 9 мая войска фронта с севера, востока и юго-востока ворвались в Севастополь и освободили город. Остатки немецкой 17-й армии, преследуемые 19-м танковым корпусом, отходили на мыс Херсонес, где 12 мая были окончательно разгромлены. На мысе была взята в плен 21 тыс. солдат и офицеров противника, захвачено большое количество техники и вооружения.

В 1944-м наша армия была уже совершенно иной, чем в 1941 и 1942 годах И по огневой мощи, и по выучке личного состава, и по полководческому искусству военачальников. Если победы такого масштаба, как та, что была достигнута в ходе Крымской наступательной операции, в первые два года войны «хватило» бы на всю кампанию, то в предпоследний год войны Ставка Верховного Главнокомандования мыслила уже совершенно иными категориями.

Крымская операция явилась важнейшей составляющей в цепи десяти сталинских ударов – стратегических наступательных операций, осуществлённых Советскими Вооруженными Силами в 1944 г. В их числе: Ленинградско-Новгородская (итог – полное снятие блокады Ленинграда и освобождение Ленинградской области), Корсунь-Шевченковская (освобождена вся Правобережная Украина и созданы условия для последующего удара в Белоруссии и разгрома немецких войск в Крыму), Белорусская («Багратион») (освобождены Белорусская ССР, большая часть Литовской ССР, Красная армия вышла к границам Восточной Пруссии) и другие, осуществлённые уже после Крымской во второй половине 1944 года.

Каждая из этих операций – важнейший шаг к окончательной победе над врагом. И в этом ожерелье славных побед Крымская операция сохраняет свой неповторимый облик.

Трудно  представить, как сумел не журналист, не писатель, а суровый воин генерал, командир 63-го стрелкового корпуса Петр Кириллович Кошевой, подчинённые которого прорывали вражеские укрепления в полосе Сапун-горы, столь образно представить обобщённый лик Победы. «Я покидал свой последний наблюдательный пункт в Крыму уже утром 10 мая. Вышел на вершину Малахова кургана, чтобы взглянуть в последний раз на разрушенный героический город. Его руины еще дымились… – вспоминал Кошевой, в числе 125 воинов 4-го Украинского фронта удостоенный «Золотой Звезды» Героя Советского Союза за мужество при штурме Севастополя. – Казалось, ничто не могло сохраниться на этой искромсанной снарядами, обожженной земле. Но я ошибся: на склоне высоты чуть зеленело с надломанными сучьями одинокое деревце миндаля. Никто не проходил мимо него равнодушно – так поразителен и велик был этот гордый вызов смерти. Миндаль был изранен осколками и пулями. Куски рваного, уже потемневшего металла впились в кору. Сок, словно кровь, тек густыми каплями, оставляя по стволу неровный извилистый след. Цвести не было сил, но миндаль уже поборол смерть и теперь жадно тянулся к солнцу порубленными, но неубитыми ветками»…

Это и есть образ Победы в той войне! Так же, как и деревце миндаля на Малаховом кургане, наша страна была истерзана в первые месяцы сражений с фашистской Германией, но великая сила патриотизма, совершенное неприятие нацизма дали силу перебороть врага, подняться и обратить захватчиков вспять. Освобождение Крыма и Севастополя стало одним из актов справедливого возмездия врагу, торжеством жизни.

24 залпами из 324 орудий салютовала Москва в честь этого события. В сполохах севастопольского салюта вставала заря большой, окончательной Победы…

Юрий Рубцов, по материалам: Фонд стратегической культуры

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить